ПОПУЛЯРНЫЕ ТЕМЫ:
16+
Винтики урбанизма
Кино
0 2995
14 января 2017

Винтики урбанизма

Почти полтора десятка лет назад Майкл Уинтерботтом представил «Код 46» в основную программу Венецианского фестиваля в качестве одного из претендентов на «Золотого льва». Мир еще не оправился от терактов 11 сентября и начала войны в Ираке и отчаянно нуждался в истории, взгляд которой был бы направлен в стабильное недалекое будущее. Урбанизация в этой ленте разделила человечество на условный золотой миллиард и всех остальных, вынужденных бороться за жизнь в естественных условиях. Для режиссера нет никаких сомнений, что такое будущее совсем рядом, как и нет сомнений, что утрата генетической уникальности, национальности и языка скорее необходимость, навязанная некой Системой, чем выбор добровольный человечества. Поэтому сейчас «Код 46» уже можно рассматривать через призму антиутопии и социального комментария как научно-фантастический триллер с элементами мелодрамы.

Мастерство режиссуры Уинтерботтома в этой ленте сложно оспаривать, он сознательно сгоняет аудиторию внутрь кадра, заставляя следить, подглядывать, сопереживать этой странной паре героев по сюжету «Кода 46». Сценарная история Фрэнка Коттрела Бойса ("Круглосуточные тусовщики», «Добро пожаловать в Сараево»), одного из постоянных соавторов Уинтерботтома, представлена свободной от матричного влияния Вачовски. В еще одном дивном новом мире авторы фильма закладывают конфликт пропасти отчуждения между развитыми стерильными мегаполисами и всем остальным миром, где только выживание среди таких же обреченных бедолаг, которые почему-то показаны как многочисленные жители Азии и Ближнего Востока. Очевидно, что существует жесткая пропускная система Сфинкс, регламентирующая передвижения туда и обратно, за выдачей пропусков пристально следят и, само собой, если люди не могут получить пропуск, то на это есть некие особые вполне рациональные причины. Другая основа конфликта «Кода 46» — это прагматизм размножения и сексуальных контактов, которые нормируются жесткими генетическими запретами и делают совпадающих по геному от 25% преступниками.

Если рассматривать «Код 46» в контексте предыдущей ленты Уинтерботтома, почти документальной драмы «В этом мире», то это будет движением в обратную сторону. Герои «В этом мире» — афганские беженцы, которые любыми, в том числе и незаконными, путями стремятся попасть в Лондон, один из центров европейской цивилизации, герои «Кода 46», наоборот, бегут из оазисного Шанхая на Ближний Восток, тоже как преступники, для них даже неожиданные чувства стали преступлением. Причем Уинтерботтому и Бойсу удается придать ленте очевидный фрейдистский оттенок, когда клонированный герой Тима Роббинса Уильям("Идеальный день», «Зеленый Фонарь») обнаруживает 100% совпадение генома своей новой пассии Марии (Саманта Мортон, «Фантастические твари и где они обитают», «Особое мнение») с геномом своей матери. Но люди все равно остаются людьми и не перестают любить, несмотря на всевозможные манипуляции с памятью и 100% генетические совпадения, поэтому Уильям и Мария — обреченные любовники, бегущие от общества, где любовь, теряет все человеческое и становится все больше высокотехнологичным экспериментом.

Сама история «Кода 46» и сама идея фильма не потеряли той трепетности и увлекательности, которой они обладали на момент первых показов зрителям. Уинтерботтом мудро представляет не технические новинки, способные удивить воображение, он исследует людей, их возможное поведение в новом социуме. Поиск свободы, желание быть свободным там, где человеческая жизнь стоит крайне мало и где о свободах личности говорить не принято. Дилемма выбора между тоталитаризмом, дающим все блага жизни и не видящим личности, и неким условным освобождением на гибнущих территориях подается либерально-добросовестно и очень захватывает. Можно забыть специфические особенности сюжета «Кода 46», но мир, который он показывает зрителям надолго останется в памяти.

Теги: #код 46
Автор Публикации: Сергей Бутаков

Голосовать могут только авторизованные пользователи
Комментарии:
Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.